Тахрир пришел в Кельн: в новогоднюю ночь мигранты устроили секс-охоту на немок

Сообщения о масштабных беспорядках в Кельне в ночь на Новый Год были обнародованы 4 января – и только после публикации в New York Times. До этого немецкий мэйнстрим хранил толерантное молчание.

Центральный Вокзал Кельна находится тени кафедрального собора и в нескольких минутах ходьбы от пабов и баров, где праздничные толпы отмечали Новый Год. Именно здесь произошла серия атак против женщин. Ничего не подобного Германия не знала, и то что происходило в районе вокзала, больше напоминало площадь Тахрир в Каире во времена “революции”. Группы мужчин численностью от 20 до 100 человек атаковали женщин – угрожали, оскорбляли их, лапали, грабили и сексуально унижали.

Начальник полиции Кельна Вольфганг Альберт сообщил, что на настоящий момент жалобы подали 90 женщин. Женщин зажимали в основном для того, чтобы отобрать ценные вещи, кошельки и телефоны. По словам Альберта женщины говорят, что были атакованы лицами “арабской и североафриканской наружности”. Одна женщина пришла на станцию полиции и заявила, что ей порвали юбку, трусы и изнасиловали.

На настоящий момент ни один человек не арестован. В конце месяца в Кельне проведут уличный фестиваль Mardi Grass, который должен привлечь до миллиона посетителей.

Пот данным полиции, в атаках принимали участие , в общей сложности до 1000 человек, и полиция в определенный момент утратила контроль над происходящим. Участники секс-охоты, по свидетельствам очевидцев, находились в состоянии сильного алкогольного опьянения.

Полиция однозначно утверждает, что речь о группе “мошенников, воров и хулиганов”, сформировавшейся в районе станции, и что эта группа не имеет отношения к последней волне беженцев из зон военных действий. “Источники в министерстве внутренних дел земли Северный Рейн – Вестфалия” сообщили, что речь идет о “группе беженцев, прибывших из Северной Африки два года назад, и чья интеграция в общество, очевидно, не удалась”.

Журнал Bild сообщает о том, что нечто подобное, в менее впечатляющих масштабах, произошло в Гамбурге, на Ганц-Альберт Платц .Сначала женщинам только свистели, кричали “суки, суки” и “фиккен, фиккен”. После этого женщин окружали, грабили, хватали за грудь и за половые органы. Большинство жертв – девушки в возрасте 18-24 лет. Многие в ужасе бежали в пабы, бары и дискотеки, под защиту вышибал. На настоящий момент в полицию поданы шесть заявлений, но Bild пишет, что пострадавших куда больше, они стыдятся подавать жалобы.

Германия. Утраченная вера


Эта статья была опубликована в Frankfurter Allgemeine Zeitung Холгером Штельцнером 2 января.

Доверие. Доверие между гражданами и политиками – то , что было утеряно. Нам необходимо доверие, вера в то, что серия действий, течение повседневной жизни могут продолжаться как обычно. В противном случае, как писал Кафка, жизнь превращается в стояние перед дверью. Никто не решается открыть ее – даже если она может открыться только для него.

“Как вы смотрите в 2016 год – с надеждой или страхом?” – такой традиционный вопрос задал центр изучения общественного мнения Allensbach. Результаты обескураживают. Очень редко за всю историю послевоенной Германии, немцы видели будущее в негативном свете – в момент начала Корейской Войны, во время строительства берлинской стены, накануне развала ГДР, после 9/11 и после финансового кризиса 2008 года. И теперь общественное мнение внезапно негативно . Это драматическое изменение еще более примечательно на фоне того, что экономическая ситуация в Германии для большинства населения – очень хорошая. Занятость – почти полная, цены на топливо – низкие. Вместе с слабым евро это усиливает тренды роста.

Очевидно, что финансируемые государством радио и телевидение рисуют совершенно иную картину общественных настроений – особенно в отношении мигрантского кризиса. Люди все более скептично относятся к политическому руководству. Мантра Ангелы Меркель “Мы можем” не имеет под собой никаких оснований и опоры на общественное доверие. Скорее, немцы не демонстрируют никакого доверия ни к Меркель, ни к ее мантрам. Другое исследование Allensbach демонстрирует, что 4 из 10 немцев полагают, что им больше не дозволено говорить то, что они думают о происходящем в стране, о том, что с ней что-то не в порядке. Пока нет признаков радикализации населения, но некоторые политики исходят из противоположных предположений.

Люди чувствуют, что к их озабоченности и к их тревогам никто не относится серьезно. Так, например, многие мигранты принесли с собой в страну не только отличное от немецкого понимание прав, но и другое отношение к женщинам и сексу. Если политики на самом деле считают, что мигранты обязаны принять наши ценности и законы, то мы не можем смириться с той ситуацией, в которой мигранты отказываются общаться с женщинами, проходить лечение у женщины-доктора. Подобное поведение – это просто ненависть к женщинам, дискриминация по отношению к половине всего человечества. Куда подевались все эти феминистки, боровшиеся против подобного поведения так долго?

Парижские атаки: падение Римской империи как предупреждение Западу

01
Я не собираюсь повторять то, что вы уже читали или слышали. Я не собираюсь сказать, что то, что произошло в Париже в ночь пятницы 13 ноября, было беспрецедентным, ни с чем не сравнимым ужасом – потому что оно им не было. Я не собираюсь говорить, что весь мир стоит с Францией – потому что это пустое сотрясение воздуха. И я не собираюсь аплодировать клятве Франсуа Олланда о “беспощадной мести” – потому что я этой клятве не верю. Вместо этого я вам рассажу о том, как происходит коллапс цивилизаций.

Европа должна учиться у Израиля

Ayaan Hirsi Ali01

Но даже если если ISIS будет полностью уничтожен, исламский экстремизм не исчезнет. Скорее наоборот, уничтожение ISIS лишь еще более усилит религиозную лихорадку среди тех, кто мечтает о халифате в Европе.

Французский суицид

Untitled 1
Больной человек Европы
Это – Потемкинская Республика. Все из папье-маше. Все искусственно. Все поставлено вверх тормашками, выплюнуто, ниспровергнуто. История всегда была нашим кодом, но эта история изменена, фальсифицирована, искажена. Те ошметки, что остались, лучше проигнорировать. Мы больше не знаем, куда мы идем. Потому что мы не знаем, откуда мы пришли. Нас научили любить то, что мы ненавидим, и ненавидеть то, что мы любим. Как мы здесь оказались?

Белые варвары должны интегрироваться в новую Швецию

По “обновленным прогнозам” в этом году в Швецию прибудет 190 тысяч беженцев, в следующем – 170 тысяч. На настоящий момент в Швеции не хватает 45 тысяч единиц жилья для беженцев. Правительство предупредило, что в следующем году расходы на содержание беженцев придется удвоить и довести до 60 миллиардов крон (7 миллиардов долларов). Это будет сделано за счет увеличения дефицита бюджета – с соответствующими последствиями для стагнирующей экономики.

Что не говорят о войне ножей

Я гетеросексуальный француз мужского пола. Усугубляющее обстоятельство: я белая гетеросексуальная особь мужского пола в возрасте старше пятидесяти лет. Вершина бесстыдства: из всех этих пяти невероятных качеств только последнее вызывает во мне некоторое сожаление.

Эра нового номадизма

01
Беженцы – цена глобальной экономики. В нашем мире товары циркулируют свободно, но не люди: возникают новые формы апартеида. Тема дырявых стен, угрозы того, что та или иная страна будет затоплена толпами иностранцев внутренне присущи глобальному капитализму, и являются индексом фальши глобальной капиталистической цивилизации

1 2 3 4 5 6 7 8 9